всё глупости
Лежа на новом дорогом постельном белье, я чувствовала себя королевой. Именно. Одинокой и гордой. Вполне возможно я достаточно мала для такого дивана, поэтому сплю с тремя подушками и маленьким мишкой.
Так ли это важно понимать, что в целом городе есть кто-то, кто хочет спасти тебя от одиночества, при этом понимая степень сложности осуществления? или всё глупости.?
Ощущение песчинки в большом городе, непременно должно быть, иначе становится ясно, что живешь в узко развитом, мелко связанном социуме. Что совершенно не характерно для большого города.
Раньше я была уверена, отличительная черта большого города – это наличие метро. Изменилась, пожалуй, только формулировка – большой город не может жить без метро. Иначе люди умирают от склоков и давок в маршрутках. Казалось бы, зашел в маршрутку – вышел из маршрутки, ничего в тебе не изменилось, кроме твоей относительной точки сборки. Ан нет. Вышел уже помятый и злой, недоволен тем, что о твою одежду терлись непонятной чистоты люди, и все брюки теперь в ворсинках \хорошо, что придумали липкие ролики\, сумасшедший водитель обязательно забывает, что девушки красят губы и специально резко тормозит, чтоб у каждой была возможность оставить отпечаток своих губ на впередистоящем, протискивающихся сквозь узкий проход людишек абсолютно не интересует сколько денег ты тратишь в день на новые чулочки, и они спокойно задирают ноги. С каждой поездкой становишься не добрее.
Да, это было то самое помятое утро. Выйдя из маршрутки, я поправила остатки прически и пыталась не думать об услышанном.
Две семи/восьмиклассницы, сидящие на заднем сиденье, ехали в школу и, судя по их виду и разговорам, вообще не выспались и не стеснялись своего перегара. Речь шла о парне, с которым они спят по очереди и делили его на сегодня. Весомым аргументом более невыспавшейся школьницы было: «хе, ты и так спишь с тем соседом и Ванькой, зачем тебе сегодня именно он?». И так они, почти всю Пушкинскую, перебирали друг дружкиных любовников.
Отсутствие детства – вот что давала пресловутая свобода детей перестройки. Детства, в понимании смешных шортиков и шелковицы, песка крымских пляжей и грузинских мандариновых садов, молочных коктейлей и дружбы с мальчиками без подоплеки секса. В моем детстве было больше. Больше настоящих ощущений и эмоций.
Поправляя прическу порадовалась что все родом из детства. Своё я любила.
Маршрутка уехала.
Я перешла дорогу и остановилась пополнить счет на мобильном, мою сосредоточенность развеял врезавшийся в меня роллер. Чтобы я окончательно не потеряла равновесие, он меня обнял. От неожиданности я широко открыла глаза и улыбнулась, успев приготовиться выслушать череду извинений. Череды не было. Была улыбка, одно Простите и фраза: «в пол седьмого я буду ждать Вас тут, чтоб пригласить на примирительную чашку кофе. Обычно я не такой неуклюжий». И уехал. Все-таки пополнив счет, я добралась до офиса.
На протяжении дня мысли об утре периодически отключали фоновый режим. Я думала о маршрутке, школьницах и их искусственном сексе, роллере и возможном вечернем кофе. И решила согласиться. С кем и чем? Это было соглашение между моими двумя половинками. В пол седьмого я отправилась пить примирительный кофе и смотреть на не неуклюжего роллера. Выслушав множество глупых, и может быть смешных, историй — вызвала такси и уехала туда, где я была неподвластна воздействию глупости – домой.
